всё так и есть:

10 правил для тех, кто собрался в Израиль на ПМЖ

29.03.2015 20:13

Не обижайтесь, уважайте военных, помните о суевериях, делайте добрые дела и будьте оптимистами

Автор статьи Дженнифер Ланг — американка, которая вышла замуж за француза и переехала в Израиль.

Вот как все начиналось: в 1989 году Дженнифер получила диплом в Нью-Йорке и записалась на курсы иврита «с погружением». Через месяц после приезда на Святую землю она встретила своего будущего мужа — француза, который эмигрировал сюда после окончания колледжа. После свадьбы молодая семья осталась в Израиле. Через 5 лет они на год переехали в Париж, потом 6 лет прожили в Калифорнии, а потом еще 3 года — в Нью-Йорке. Когда их старший сын после школы решил пойти в ЦАХАЛ, они все вместе переехали в Израиль. Дженнифер ведет свою колонку на opentoisrael.com.

Ваш адвокат и нотариус в Израиле - Дмитрий Полин

Прожив в Израиле почти 20 лет, Дженнифер Ланг изучила местную культуру от и до — и теперь дает советы тем, кто собрался переехать сюда на ПМЖ.

Вот 10 ее основных наблюдений и рекомендаций:

1. Не обижаться.

Нетерпеливые водители громко сигналят, пока на светофоре не загорится зеленый, наглые подростки пытаются пролезть без очереди, обслуживающий персонал — в супермаркете, гараже, банке — на тебя рычит. Евреев, которые родились в Израиле, называют «сабра» — по названию пустынного кактуса цабар, очень колючего снаружи, но нежного и мягкого внутри. Раньше я внутренне напрягалась, когда на переходе машины яростно мигали мне фарами, чувствовала себя пустым местом, когда в мой адрес хамили, и обижалась, когда почтальон грубо мне отвечал. Но постепенно я все же привыкла к поведению сабров и к повышенным тонам любых разговоров. Теперь, если я чувствую, что меня обидели, то стараюсь сразу расставить все точки над «i» и даже на своем родном языке пытаюсь говорить на полтона ниже.

2. Нужно быть смелым, а иногда и немного нахальным, даже если для этого нужно выйти из зоны комфорта. Тут «нет» никогда не бывает категоричным.

Однажды моя подруга приехала домой в пятницу вечером. Буквально за пару минут до ее возвращения продуктовый магазин по соседству закрылся на шаббат. Она постучала в окно и спросила, не продадут ли ей молока для детей. И знаете, хозяйка магазина ее впустила и обслужила. Может, по своей доброте душевной, а может просто потому, что молоко было нужно ребенку — а ради детей евреи могут сделать абсолютно все. В общем, как говорила моя мама, спрос не бьет в нос.

3. Бюрократии много, но лицо у нее человеческое.

Однажды в четверг после обеда мы с мужем приехали в Министерство внутренних дел и... просто не могли поверить своему счастью: двери были открыты, внутри не было никаких очередей, персонал мирно перебирал бумаги. Наша радость быстро сменилась разочарованием: одна из служащих сообщила, что прием посетителей уже 15 минут как завершен. Мой муж не поверил, зашел на сайт и понял, что действительно ошибся — первый день недели, йом алеф, не понедельник, а воскресенье, а значит, выходные уже начались. Тогда он объяснил работникам службы, что на следующий день нам нужно попасть на заранее назначенный прием в Министерстве абсорбции (чтобы сменить статус «новых иммигрантов» на «возвращающиеся резидентов»), а для этого необходимо получить список своих въездов и выездов по израильским паспортам за последние семь лет. Мы тихо подошли к столу этой женщины, она попросила наши паспорта и номера удостоверений личности. Мы все это дали и сели ждать. Через пять минут зажужжал принтер и распечатал все, что было нужно.

«Можно вас обнять?» — спросила я. Она посмотрела поверх компьютера. У нас установился визуальный контакт. Я увидела в ней не злобного бюрократа, а человека, который хотел помочь. Наша спасительница с классическим израильским любопытством начала расспрашивать, откуда мы, как познакомились, почему уехали из Израиля и почему вернулись, сколько лет нашим детям. Но ее повышенный интерес не раздражал, а приятно удивлял. Когда принтер закончил печатать, она положила бумаги в желтый конверт для документов и передала мне эту ценность, а потом поднялась, развела руки и сказала: «А вот сейчас — обнимайте!». С какой же радостью я это сделала! Так мы стояли пару секунд, а я не могла удержаться и без конца шептала ей «спасибо».

4. Шесть миллионов евреев в стране с 8-миллионым населением считают друг друга частью своей мишпахи, «одной большой семьи».

В июле прошлого года (еще до начала военной операции ЦАХАЛа «Несокрушимая скала» в секторе Газа) погиб израильский солдат — незадолго до печального события парень иммигрировал из США в Израиль один, без семьи, и пошел в служить здесь в армию. На его похоронах собралось около 300 тысяч человек, которые в знак всеобщего уважения пришли проводить погибшего в последний путь. Незадолго до этого дня мы были на бат-мицве, и там тоже были сотни людей. На любой еврейской свадьбе та же история. Тут на семейные мероприятия принято приглашать всех, кто хоть как-то связан с «виновником торжества» — троюродных сестер и братьев, одноклассников, армейских приятелей и начальников, друзей по колледжу, коллег родителей, школьных друзей дедушек и бабушек и даже друзей сестер и братьев молодоженов.

5. Израильтяне суеверны.

Когда одна из моих учениц на занятиях йогой сообщила, что ждет ребенка, я сказала ей не «мазл тов» (удачи), а «бе-ша'а това» (в добрый час), пожелав малышу появиться на свет вовремя. Когда я была беременна, мы жили в Хайфе, портовом городе на севере Израиля. Перед родами мы с мужем купили колыбельку, пеленальный столик, детское автомобильное сидение и ходунки, но… вышли из магазина с пустыми руками. Через несколько недель, уже после появления малыша на свет, муж позвонил в магазин и договорился о доставке. Когда я приехала домой с 4-дневным новорожденным, все уже стояло дома в полной готовности.

С тех пор прошел 21 год, но суеверия, связанные с беременностью, остались. Савтаот (бабушки) не меняются — они ныряют головой в детскую коляску, начинают расхваливать малыша на все лады, а потом вешают где-то рядом хамсу и добавляют «тьфу, тьфу, тьфу» (своеобразная защита от дурного глаза). Мои молодые друзья рассказывают, что все эти старые суеверия — не готовиться к рождению ребенка, не планировать, не украшать комнату, не покупать ничего до его появления — никуда не делись. Детские магазины и сегодня доставляют товары на дом только тогда, когда малыша уже привозят из роддома домой. На Западе стучат по дереву, а в Израиле говорят «Хамса, хамса, хамса, тьфу, тьфу, тьфу» — произнести три последних слова это то же, что поплевать на неудачу.

6. Незнакомцы суют нос в вашу жизнь.

На прошлой неделе я припарковалась бампер к бамперу с другим авто. Когда я вышла из машины, какой-то прохожий мне крикнул: «Эй! А зачем это вы припарковались впритык?» (Лама ат коль ках каров алейя?). Иногда я отвечаю, но в тот раз решила промолчать — зачастую я просто игнорирую вторжение в мое личное пространство. Когда мы жили в Хайфе в начале 90-х, я часто ездила на автобусах. Когда я спрашивала водителя, как мне пройти туда-то и туда-то и другие пассажиры слышали мой акцент, начинался допрос с пристрастием: а откуда вы, а что вы делаете в стране, а долго ли вы тут, есть ли у вас семья? Вот это любопытство и глубокий интерес других к вашей личной жизни может и раздражать, и забавлять — в зависимости от настроения и обстоятельств.

7. Благотворительность и добрые дела в Израиле невероятно популярны, особенно в тяжелые времена.

Прошлым летом в дни войны двое моих друзей каждую неделю навещали раненых солдат в ближайшем реабилитационном центре. Осенью, когда полицейский-друз погиб при попытке обезвредить террористов в иерусалимской синагоге, тысячи израильских евреев — многие из этой же общины — пришли на его похороны. Одна пара даже назвала новорожденного сына в честь погибшего.

8. Военных очень любят и уважают.

Друг нашей дочери, который недавно закончил основные учения в боевой части на севере, недалеко от границы с Ливаном, рассказал, что каждую субботу (которая у евреев всегда выходная) на базу приезжают обычные люди и в знак уважения привозят с собой домашнюю еду и выпечку. Мой сын целую неделю прожил в танке, охраняя компьютерную станцию на границе с Газой прошлым летом в дни той самой 50-дневной войны. Как же он радовался пицце и гамбургерам, которые добрые люди привозили с собой, рискуя собственной жизнью. И, кстати, кто-то даже пригласил солдат его части поплавать в своем частном бассейне.

9. Израильтяне любят спонтанность.

В Израиле не заведено планировать загодя — обычно планы строят максимум на неделю-две. Наверное, где-то в подсознании у каждого живет мысль: «А вдруг что случится?». Вдруг начнется война? Вдруг я заболею? Все те же суеверия. Зачастую решение принимается за два-три дня, а то и часа до непосредственного события. Пару недель назад нас пригласили на день рождения друга — приглашение пришло в смс утром, вечеринка устраивалась вечером того же дня. Никто не придерживается формальностей, многое происходит в последнюю минуту. В стране, которая постоянно борется за право на существование, люди радуются каждому мгновению. Дочь уходит в армию в воскресенье? Устрой вечеринку в субботу вечером. Мужу исполняется 37? Устрой ужин-сюрприз и пригласи друзей. Родители только что переехали в Израиль? Пригласи друзей с ними познакомиться. Любое событие в жизни не проходит незамеченным, люди готовы отпраздновать всё.

10. Жизнь продолжается.

Да, жизнь продолжается. Несмотря ни на что. Живите настоящим. Продолжайте идти вперед. Однажды вечером в будний день, когда повсюду выли сирены, мы с друзьями отправились в ресторан Meat&Wine в Герцлии. По дороге мы поняли, что для похода в ресторан особого настроения нет — наших на юге обстреливают ракетами, солдаты рискуют жизнью на линии огня... Но потом все-таки решили, что поужинать нужно. Зайдя в этот шикарный ресторан, я была, мягко говоря, удивлена: все столики были заняты, народ смеялся и наслаждался вечером за бокалом вина. Когда и нам разлили вино, мы произнесли тост: «Лехаим». За жизнь.

Источник: jewishnews.com.ua
Автор статьи: Дженнифер Ланг
Перевод: Ганна Руденко
Фото: ДОМ
Вернуться в список новостей